7. ЗАТЕЙ, ОБРЕЧЕННЫЕ НА ПРОВАЛ

 

Промышленные пригороды Вьентьяна раскинулись на десятки километров вдоль Меконга. Среди неоглядного моря залитых водой рисовых полей заводы, склады и мастерские на плоских островках суши выглядят весьма внушительными сооружениями, от которых к асфальтовой ленте дороги ведут дамбы и мостики.

Нашим спутником по поездке в промышленные пригороды столицы оказался корреспондент республиканского информационного агентства КПЛ молодой журналист с красочным, по-восточному, именем Ен Чанталанги, что в вольном переводе звучало так: Красавец, которому покровительствует могучая Луна. Он — один из тех лаосских студентов и преподавателей, которые в момент провозглашения республики находились во Франции и по призыву революционных властей вернулись на родину строить социализм.

И вот после нескольких лет жизни в далеком западноевропейском городе, где он учился, Ен Чанталанги снова очутился в хорошо знакомом ему по дореволюционным временам районе. Тогда здесь хозяйничала феодально-бюрократическая и военная верхушка монархического режима и компрадоры. А теперь здесь много новых перемен. Хозяева большинства заводов и фабрик бежали из страны. На предприятиях, ставших костяком государственного сектора, налаживались новые отношения. Возглавляла их уже народная администрация...

Слева от дороги мелькают корпуса бывших частных, а ныне государственных предприятий — рисоочистительного, лесопильного заводов, сигаретной фабрики, пивоваренного завода, принадлежавшего ранее французской компании «Лярю».

Ен резко тормозит машину перед воротами еще одного, своеобразно оформленного предприятия, проходная будка которого выглядит огромной бутафорской бутылкой «Пепси-колы». Забор — тоже из бутылочных головок и крышек. Что это? Оказывается, предприятие изготовляет прохладительные напитки, столь необходимые здесь, в жарких краях. До революции оно также принадлежало частной фирме, а сейчас является собственностью государства.

Нам рассказывают, что руководители этого национализированного предприятия успешно наладили производство, здесь многое уже сделано и для улучшения жизни рабочих: создано подсобное хозяйство, организовано дешевое питание, функционирует детский сад. Активное участие во всех делах принимает легализировавшийся профсоюз.

Мы сидим в большом зале, где когда-то капиталисты устраивали шумные попойки для своих богатых покровителей и клиентов, нередко и с участием девиц легкого поведения. В ходе беседы выясняется, что хозяином предприятия был хуацяо по имени Тхао Пхуон... Сананикон. Откуда же у китайского бизнесмена появилась фамилия лаосского феодального рода Сананиконов, члены которого сотрудничали и с французскими колонизаторами, и с американскими захватчиками? История оказалась довольно любопытной: ловкий толстосум для надежного прикрытия своего бизнеса выбрал в качестве патрона одно   из влиятельных   семейств — Сананиконов. Они разрешили ему взять их фамилию, а он в «благодарность» за это предоставил всесильным временщикам немалый куш акций.

Оглавление